Все ли дети играют в жестокие игры?

09 Июн 2011, admin  
Рубрика: Психология

влияние игр на психику детей

Влияет ли просмотр телевизора на психику ребенка, сколько времени можно проводить у телевизора и как события в реальной жизни взаимодействуют  с происходящим на экране? Мнения психологов по этому вопросу нередко расходятся. И все же, как при всем этом предохранить детей от зачастую пагубного влияния экранов на их психику? «Прежде всего, объяснив им, что всякое изображение —  это постановка». Серж Тиссерон ратует за создание при школах специальных кабинетов, объясняющих хитрости создания фильмов: «Понимание этих механизмов сокращает риск подпасть под влияние эмоций, телесных состояний и тягостных представлений». Стало быть, следует способствовать введению «культуры сомнения» по отношению ко всем образам, включая и образы видеоигр, которые провоцируют сильные чувства. Впрочем, все философы, равно как и психоаналитики, в едином порыве взывают к «обучению образам».

Далее, родители как главные собеседники детей и подростков играют важнейшую роль в том, чтобы их отпрыски не предпочли реальности фиктивные изображения. Родители должны предлагать детям, продолжает Серж Тиссерон, «реальность, которая должна быть чем-то иным, нежели изображение». Иначе говоря, демонстрируя, что они сами предпочитают реальность, со всеми ее трудностями и разочарованиями, самой красивой выдумке. А если конкретно, то не стоит скрывать от детей супружеских трудностей или потери работы; напротив, лучше поговорить с ними об этом, чтобы лишить ситуацию ненужного драматизма.

«Империи и диктатуры также строятся на идеалах, какими бы они ни были, — идеалах честности, верности или преданности. Демократия же в первую очередь  в значительной степени строится на общении и, в особенности, на обмене суждениями относительно того, что идет не так». Эти принципы хоть и сложно воплотить на практике, но  не принять их во внимание невозможно. «Если у детей возникнет впечатление, что мы им лжем или лжем самим себе, —  делает вывод психоаналитик, —  риск будет заключаться в том, что здесь ложь —  против лжи, и дети предпочтут мир неприкрыто лживых картинок миру притворно честных семейных отношений».

Слово полезно при любых Copy(c)ideals-fi^gure^Copy(c^)ideals-figure обстоятельствах. Для начала в школе. К примеру, начав урок с разговора о том, что было показано накануне по телевидению, чтобы интерпретировать и объяснить изображение, большинство преподавателей спонтанно отреагировали таким образом на события 11 сентября. То же самое дома: необходимо говорить в течение или после совместного просмотра фильма, чтобы «расшифровать» образы и поместить их в их вымышленный контекст. Тоже и  с играми: родители, даже если они не играют, должны интересоваться этой новой культурой, если они не хотят быть полностью выключенными из процесса. Остается только добавить, что сегодня «общение» подается под любым соусом. «Злоупотреблять этим также не стоит, —  объясняет Элен Веккьяли. —  После катастрофы в Тулузе проявления доброй воли были столь многочисленны, а организации умножились до такой степени, что некоторых детей осматривали восемь разных психологов!» Как же после этого верить, что это помогло им «дедраматизировать» ситуацию?

И наконец, если говорить о том, что в больших дозах жестокие игры могут привести к жестокому поведению, необходимо ограничить количество часов, ежедневно проводимых перед компьютерным экраном. Специалисты затрудняются установить «порог», так как допустимые границы варьируются в зависимости от каждого конкретного случая и состояния психики каждого ребенка: что опасно для одного, может оказаться совершенно безобидным для другого. Тем не менее, час для телевизора и час для игр в день, а в младших классах —  в неделю представляется для всех «разумным» компромиссом. «Ограничивать» желание сильных эмоций настоятельно необходимо.

Для некоторых война уже проиграна. Философ Жан Бодрийяр считал, что процесс, в рамках которого масс — медиа распространяют насилие посредством зрелища, почти не имеет смысла. Ибо экран, который суть виртуальное пространство, прекрасно предохраняет нас, чтобы там ни говорили, от реального содержания изображения. По мнению философа, то, против чего мы оказываемся беззащитными, — это насилие самого посредника, насилие виртуального и его невидимое распространение. «Дело в том, что наше общество не оставляет места для реальной жестокости, жестокости исторической и классовой, оно Copy(c^)ideals-figure^Copy(c)^ideals-figure порождает виртуальную, реактивную жестокость. Жестокость нервную, нечто вроде того, как бывает ложная беременность на нервной почве… которая точно так же не может ни основать, ни породить что бы то ни было».

А что, если видеоигры просто-напросто заменили… дьявола? Так считает американский социолог, автор Joystick Nation, Дж. С. Херц. Для этого интеллектуала такие игры, как Doom или Quake, позволяют подросткам встретить совершенных врагов. Они заменяют Лукавого, концепцию, не лишенную полезности, которую религия — фатальная ошибка —  предпочла предать забвению.

Этот социолог опубликовал свой бестселлер в 1997 году. И никогда не переиздавал его. Трагедия в Литтлгоне два года спустя, возможно, заставила бы его изменить свое мнение: несмотря на то, что двое подростков — фанатов Quake находили на экране совершенных врагов, они все же перешли к действию.

Ваши мысли

Скажите нам, что вы думаете...
и если вы хотите показать какую-то картинку в вашем отзыве, воспользуйтесь сервисом gravatar!